📩 Подписаться

Возможно взыскание с контрагента убытков в виде доначисленных налоговой инспекцией налогов, если на применении некорректной схемы оптимизации настаивал контрагент (ВС)

Джаарбеков Станислав, налоговый консультант, юрист. Сайт:

Верховный суд Российской Федерации (ВС РФ) отправил на новое рассмотрение дело, в котором налогоплательщик, с которого налоговой инспекцией был взыскан налог в связи с получением необоснованной налоговой выгоды, требовал взыскать с контрагента сумму убытков в виде уплаченных налогов. Налогоплательщик указывал, что на применении некорректной схемы оптимизации налогов настаивал его контрагент (АО "Фармамед" против АО "Нижегородский химико-фармацевтический завод", Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13.04.2021 N 305-ЭС20-20802 по делу N А40-198919/2019).

Это дело интересно тем, что показывает возможность взыскания убытков в виде дополнительных налогов по сделке с контрагента, если есть свидетельства того, что именно он настаивал на применении некорректной схемы оптимизации налогообложения, которая привела к получению необоснованной налоговой выгоды.

Ситуация

Продавец (АО «Фармамед») и покупатель (АО «Нижфарм») договорились о продаже бизнеса «Аквалор», в состав которого входило исключительное право на товарный знак «Аквалор Aqualor».

Продавец реализовал исключительное право на товарный знак не напрямую покупателю по рыночной цене, а за незначительную плату посреднику из оффшорной зоны. Затем, через цепочку посреднических компаний, исключительное право на товарный знак было приобретено уже по рыночной цене покупателем.

Налоговая инспекция установила получение продавцом необоснованной налоговой выгоды в виде занижения доходов для налога на прибыль путем занижения цены реализации на исключительное право на товарный знак. Продавцу был начислен налог на прибыль.

Продавец обратился в арбитражный суд с требованием взыскать с покупателя доплаченный налог в размере 1,8 млрд рублей. Продавец указывал, что покупатель настоял на продаже товарного знака с использованием цепочки иностранных компаний и он должен компенсировать убытки.

Решение и выводы судов

Суды первой и апелляционной инстанций поддержали продавца, но кассационная инстанция встала на сторону покупателя.

Дело поступило в судебную коллегию по экономическим спорам ВС РФ, которая направила это дело на новое рассмотрение, указав условия, при которых убытки в виде доначисленных налогов могут быть взысканы с контрагента.

Привожу выдержки из Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13.04.2021 N 305-ЭС20-20802 по делу N А40-198919/2019:

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 87 и 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. При этом для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок.

Положения гражданского законодательства о недействительности притворных сделок могут применяться как в связи с притворностью условий сделки (цепочки из нескольких сделок), так и в связи с притворностью субъектного состава участников. В последнем случае правовые последствия, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 ГК РФ, наступают для подлинных участников сделки исходя из действительно сложившихся между ними отношений.

Данная правовая позиция неоднократно была изложена Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определениях от 22.08.2016 N 304-ЭС16-4218, 02.07.2020 N 307-ЭС19-18598(3), 27.08.2020 N 306-ЭС17-11031(6), 28.12.2020 N 308-ЭС18-14832(3,4).

Таким образом, притворность субъектного состава сделки, по общему правилу, не отменяет действительность ее условий, не противоречащих существу подлинных отношений сторон и требованиям закона.

Это означает, что обязательства по сделке, имеющей притворный субъектный состав, по общему правилу, продолжают подлежать исполнению на тех условиях, которые закреплены в договоре.

Как установлено судами при рассмотрении настоящего дела, договор от 25.10.2013 является притворным в части его субъектного состава, а именно действительным продавцом активов по названному договору выступало общество "Фармамед". Несмотря на указание в качестве предмета договора от 25.10.2013 передачи прав на регистрацию товарных знаков, приобретенными по установленной данным договором цене для общества "Нижфарм" в действительности являлись исключительные права на товарный знак "Аквалор Aqualor".

Обстоятельства, которые бы указывали на ничтожность условий договора от 25.10.2013, определяющих цену и порядок расчетов по договору, судами первой и апелляционной инстанций не установлены. Наличие обязательства по уплате цены отчуждаемых прав за рубеж на условиях, определенных данным договором, обществом "Нижфарм" не оспаривалось.

Таким образом, вопреки позиции Суда по интеллектуальным правам, при рассмотрении настоящего спора, касающегося полноты уплаты цены по договору, суды первой и апелляционной инстанций правомерно руководствовались условиями договора от 25.10.2013, которые касаются определения размера встречного предоставления (цены договора) и сохраняют свое действие в том числе для общества "Нижфарм" как приобретателя прав на товарный знак.

В силу статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" (далее - постановление Пленума N 49), условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения. Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений постановления Пленума N 49 по применению статьи 431 ГК РФ следует, что предусмотренные данной нормой правила толкования условий договора направлены на установление судом согласованного волеизъявления сторон договора и подлежат применению в случаях, когда отдельные условия письменного договора сформулированы его сторонами неясно и неточно.

Однако, как указали суды, судебными актами по делу N А41-103588/2017 установлено наличие цепочки сделок по продаже указанного товарного знака. Между тем суды не исследовали условия иных договоров, входящих в данную цепочку для определения условий сделки, возложив обязанность по уплате спорных платежей на ответчика.

...

Однако, как верно отметил суд кассационной инстанции, следуя принципу эстоппель, сторона лишается права ссылаться на возражения в отношении ранее совершенных действий и сделок, а также принятых решений, если поведение свидетельствовало о его действительности.

Оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статьи 65 АПК РФ о бремени доказывания, исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Как следует из материалов дела, ответчик неоднократно ссылался на недобросовестное поведение истца, на то, что искусственное включение общества "Нижфарм" в схему передачи прав не влечет за собой обязательства по уплате налога за общество "Фармамед" и условия сделок не предусматривают уплату налога за прибыль другого участника сделки.

Между тем судами первой и апелляционной инстанций не дана надлежащая оценка названным доводам ответчика, в том числе действительной воле сторон с учетом всей цепочки ранее заключенных договоров.

Принимая во внимание вышеизложенное, судебная коллегия считает, что принятые по делу судебные акты подлежат отмене, как принятые с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, а дело - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела судам следует устранить указанные недостатки, установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, дать надлежащую правовую оценку доводам и возражениям сторон и, правильно применив нормы материального и процессуального права, принять законный и обоснованный судебный акт.


Рубрики:

Судебная практика по налогам

Статьи